Неравенство и иерархия. Антропологический взгляд

Вот что пишет антрополог Н. Н. Крадин в «Политической антропологии» о неравенстве и иерархии в животном мире:

Как формируются иерархические отношения? Наблюдения за животными показали, что при формировании группы происходит выяснение отношений между всеми особями. Животные конфликтуют за право доступа к кормушке, за более удобные места и т. д. С течением времени выявляется ранг каждого, и сообщество структурируется. С этого момента интенсивность конфликтов резко уменьшается, структура группы становится стабильной. Каждый знает своё место в иерархии группы и, как правило, уступает более высокоранговой особи. Такой механизм получил в этологии название "порядок клевания". Кстати говоря, наиболее идеальные иерархические структуры выявлены этологами у кур. Экспериментальные исследования продемонстрировали, что после выяснения статуса в группе ни одна из куриц не клюнула ни одну из птиц более высокого ранга.

Особый интерес представляет механизм поддержания иерархии у приматов. Как только доминант стаи макак начинает наказывать провинившуюся особь, тотчас же другие обезьяны торопятся принять участие в экзекуции. Причём обычно усердствуют в наказании самцы, которые занимают самый низкий ранг в иерархии, и особенно самки.

Почему эти особи не объединятся вместе, чтобы противостоять агрессивности доминанта? Почему именно они проявляют наибольшую враждебность? Этологи полагают, что причина заключается в накопленной агрессивности. Обычно самцы доминируют над самками и низкоранговыми самцами, а тем некуда переадресовать отрицательные эмоции. И вдруг складывается ситуация, когда появляется животное с ещё более низким статусом. Его можно безнаказанно ударить или укусить, выплеснуть накопившуюся агрессию наружу.

Данный пример показывает, как можно поддерживать иерархию, не используя специализированный аппарат принуждения. Оказывается, достаточно только дать возможность низкоранговым особям проявить свою подавленную волю…

Если есть человек, который делает всё, чтобы найти особенности, которые позволили человеку не только физически, но и духовно выделиться из животного мира, то, наверное, им являюсь я. Но вот какую интересную тенденцию заметил: подобные этологические исследования служат мне чудесным успокоением. Вспоминая конфликтные ситуации (коих конкретно в моей жизни было очень немного), я теряю внутренние оковы лишь тогда, когда осознаю, что поведение моих оппонентов было вызвано не столько моим поведением, сколько теми эндогенными явлениями, которые человек не приобрёл, а унаследовал. Более того, эти животные принципы вполне можно переложить и на отношения целых государств и их приспешников. Что же, напрашивается очередная миролюбивая мысль. Чем более развит человек, тем больше в нём свободы: свободы ОТ этих укоренившихся в человеческой природе животных замашек, свободы ДЛЯ дальнейшего совершенствования во всех гранях, в которых только может существовать человек и человеческое общество. Знаете, возможно, поэтому меня и тянет к изучению этологии — ведь, понимая то, что объединяет людей и их предков, я осознаю и то, что животному несвойственно, а значит, могу корректировать своё поведение в соответствии с абстрактными культурными идеалами (под культурой я понимаю всю мыслительную и следующую из неё материальную деятельность человека, которая, собственно, и сделала из обезьяны человека). Допускаю, что здесь возможны крайности по типу: ни одно животное не совершает самоубийство, а я совершу! Но в конечном итоге это должно быть существование в мире природы в согласии с ним и, главное, с самим собой: а согласный с собой человек никогда не лишит ни других, ни уж тем более себя жизни. Вообще тема очень сложная, потому что непроверяемая, так что допускаю здесь массу оговорок, а также возможность отказа от этой позиции. Но пока видится так.

Published by

Василий

Меня зовут Василий. Я люблю историю, книги, психологию, биологию, физику и многое другое!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Антиспам *Капча загружается...